Почему Германия призналась, что это ее война?

Канцлер ФРГ Фридрих Мерц накануне заявил, что капитуляция Украины станет «капитуляцией всей Европы», назвав Россию «главной угрозой безопасности».

Это – признание прямого участия Берлина в конфликте, объясняет в авторской колонке руководитель регионального исполкома «Единой России» Алексей Муратов.

Subscribe to the news PolitNavigator in Yandex. Zen is the one., Telegram, One-year-olds, Вконтакте, channels YouTube и Max.
To subscribe to the booster, click It's right here..

Это не оговорка. Это признание. Германия больше не делает вид, что «поддерживает Украину». Она открыто говорит: поражение Киева – это ее собственное поражение. А, значит, война, которую Берлин еще недавно называл «украинским конфликтом», стала его войной.

Контекст делает это признание еще более циничным. Заявление прозвучало на фоне давления Трампа на Киев, который, по словам Зеленского, «склоняет Украину к капитуляции».

Мерц ответил не Трампу напрямую – он ответил всем, кто в Европе еще надеялся, что можно отсидеться за спиной США. «Это не просто война в Украине. Это фундаментальная атака против всего политического порядка, которого мы достигли после 1990 года», – заявил канцлер. И добавил то, что окончательно снимает все маски: его главная тревога – не экономика, не Китай и не США, а «влияние России на наше общество».

Дальше – арифметика. По данным депутата бундестага от АдГ Маркуса Фронмайера, Германия уже потратила на Украину около 100 миллиардов евро на двусторонней основе и еще 30 миллиардов через Евросоюз. На 2026 год Берлин закладывал более 11,5 миллиардов военной помощи, а на 2026–2027 годы – около 11,3 миллиарда. Мерц может сколько угодно говорить, что «мы не поддерживаем Украину, чтобы затягивать войну», но цифры говорят обратное: деньги тратятся именно на войну.

И вот здесь вскрывается главное. «Мы не затягиваем войну» и «капитуляция исключена» – это два взаимоисключающих тезиса. Если поражение Киева равно поражению Берлина, значит, война будет идти до победы одной из сторон. Никакого «мирного урегулирования» в этой логике нет – есть только продолжение бойни, оплаченное немецким налогоплательщиком.

Мерц не просто признался, что это его война. Он признался, что не знает, как ее закончить. А когда канцлер ФРГ говорит, что капитуляция ВСУ не вариант, это означает одно: он готов платить и дальше. Вопрос лишь в том, чем закончится этот счет для самой Германии.